Дюма и некрасов были знакомы

Дюмагнетизм - МК

В семерку обедающих входили Панаев, его жена, Некрасов и четыре друга дома; узнав Вам знакома странная особенность первого взгляда, с которым в сердце Был Дюма и в Романове-Борисоглебске, ныне городе Тутаеве. Возможно, Некрасов был знаком с этой новеллой Мопассана и прочел ее в Самому писателю не понаслышке знакомы театральная среда и среда повести» Некрасова лежит «отсвет» героев «Трех мушкетеров» А. Дюма. Дюма и Некрасов ведь были знакомы? – Довольно известный факт. Во время путешествия автора «Трех мушкетеров» по России одним.

Долго Некрасова, который был худеньким и щупленьким, уговаривали извиниться. Кстати, Дюма с самого начала заметил, что что-то здесь не. Писатель действия — Россия всегда отвечала Дюма на его чувства. В нашей стране Дюма читали взахлеб, как, может, никого другого из иноязычных писателей.

Как вы считаете, не угасла ли у молодого поколения эта любовь? Поколение next, другие идеалы… — Сейчас вообще мало читают — и Дюма, и других писателей. Россия — страна дюмафилов. Почему русский читатель всегда так любил книги Дюма? Да потому, что он давал русскому читателю то, чего не давали русские писатели. Лишние люди, бездельники, любящие порассуждать. А мушкетеры, пусть у них на четверых пять извилин, были деятельными людьми. Дюма — писатель действия, очень мужской, а в наше время очень важно, чтобы молодежь поддерживала в себе мушкетерский дух — не по части драк и вина, а по части ответственности, активности, верности слову и многого другого, что называется мужеством.

Дюма был высоким — рост примерно сантиметров. Голубые глаза, курчавые волосы; до х годов — очень худой. Потом он стал толстеть от диабета, от которого и умер. Много занимался спортом, особенно фехтованием. А о нем распускали слухи, что он не работает, а только ходит по театрам да по шлюхам, а работают за него литературные негры. О нем сложилось представление, что он беззастенчивый деляга, пользующийся чужим трудом.

Дюма был гением, он был равновелик как человек и как писатель. Дюма был особый человек. О нем говорят, что он был толстый бонвиван, любил выпить, относился ко всем снисходительно… Все это вранье. Дюма не пил вообще, что во Франции встречается очень редко. Никогда не курил, наркотики презирал.

Любил, как нормальный мужчина, женщин, а женщины любили его еще. Дело в том, что всю первую половину своей жизни Дюма был драматургом.

Ясно, что к нему тянулись артистки, думая, что если с ним переспать, получишь роль. Но Дюма чаще всего от них бегал, поскольку был фанатик творчества. Он говорил одной женщине, что идет к другой, а на самом деле прятался куда-нибудь, чтобы ему не мешали, и работал.

У него было четверо детей. Две матери из этих четырех — артистки — сделали себе подарок от Дюма. Его сын, писатель Александр Дюма-сын, был женат на русской, и две внучки Дюма были наполовину русские.

Но детей у них не. Другой сын Дюма носил фамилию отца по паспорту — Анри Бауэр. Участник Парижской коммуны, копия Дюма, имел двух сыновей, прогрессивных журналистов, участников Первой мировой войны. У них детей тоже не. Род Дюма кончился по всем линиям. Поговаривают, Дюма и сифилис были… как бы сказать… знакомы.

За гробом шли всего несколько человек, поскольку шла война и это было в эвакуации. И ни одна газета не сообщила о его смерти. Дюма-сын был человек хороший, но скучный, и главное — он спятил на проблеме детей, брошенных родителями. Он считал себя тоже брошенным и винил в этом отца. Поэтому после похорон Дюма-сын опубликовал сообщение, что перед смертью отец примирился с церковью. Поэтому с его груди якобы сняли медальон с изображением матери и повесили крест.

МАЛОИЗВЕСТНЫЙ СПОР ТУРГЕНЕВА И НЕКРАСОВА

После чего сын распустил слух, что отец был сифилитиком. Это была его месть. Когда прах Дюма переносили в Пантеон, надо было посмотреть, что у него на груди — медальон или все-таки крест, — и обратить внимание на его ноги. Если он старый сифилитик, кости ног должны быть искривленными. Один из специалистов, занимавшийся перезахоронением Дюма, все это сделал по моей просьбе и рассказал мне: Так что Дюма-сын все это выдумал. Дюма жил и умер как настоящий атеист и материалист.

В своих книгах он всегда отталкивался от реальности, и до сих пор они поражают своей психологической достоверностью. Без правила деления — А что вы скажете о натуре Дюма не как исследователь, а как психиатр? В частности, феноменальная память. Формально он был человеком малообразованным, кончил только гимназию, и то с грехом пополам. Например, как и Пушкин, из правил арифметики он знал только три правила, а деления не. Внутренне он был человеком доброжелательным и независтливым.

Никогда не сказал ни о ком ни одного дурного слова и не оскорбил ни одну нацию. К нему всегда тянулись дети, он очень любил животных и в своем замке Монте-Кристо под Парижем содержал массу людей, всем помогал. Он писал стихи, хоть и не очень хорошие, написал массу драм… А в 42 года с ним произошел переворот. Громко объявили моё имя, и Панаев заключил меня в объятия Мы обнялись, как старые друзья, и объятия были искренними.

Вошла мадам Панаева, я поцеловал ей руку, а она, по трогательному обычаю русских, поцеловала меня в лоб. Мадам Панаева — тридцатидвухлетняя дама, очень красивая, с выразительными чертами лица Знал бы Дюма, какими словами кроет его эта красивая дама!

У Дюма в брюхе мухомор сгниёт В мемуарах Панаевой писатель Дюма предстаёт не только крайне бесцеремонным типом, но и чревоугодником. На завтрак, например, он съедает полную тарелку простокваши и восторгается ею. За комплиментами писателя в свой адрес прозорливая Авдотья Яковлевна видит лишь скрытую радость француза по поводу того, что его скоро накормят хорошим обедом.

Завтрак и обед у Некрасова удались на славу. Дюма ел с большим аппетитом и всё расхваливал. Курник, то есть пирог с яйцами и цыплятами, привёл его в такое восхищение, что он велел секретарю записать рецепт его приготовления. Александр Дюма стал навязчивым кошмаром Авдотьи Панаевой. Находясь в Петербурге, он то и дело приезжал столоваться на некрасовскую дачу и всегда делал это без предупреждения.

Однажды Авдотья Яковлевна решила приготовить для Дюма такой обильный обед, чтобы по крайней мере на неделю избавиться от его визитов. После обеда писатель ощутил сильную жажду и выпил много сельтерской воды с коньяком. Панаева надеялась, что после такого гастрономического удара гость долго не придёт в. Однако через три дня француз снова заявился в гости. Не для всякого ума предпочтителен Дюма Николай Алексеевич Некрасов был менее всех настроен изображать восторги по поводу внезапного явления Дюма народу.

Дюмагнетизм

Это заметил и сам гость: Писатель решил познакомить с его творчеством французскую публику. Последний сборник поэта был запрещён цензурой к переизданию, поэтому цена на него сильно выросла.

Дюма не пожалел шестнадцати рублей на покупку книги и за ночь перевёл из неё два стихотворения. Подстрочники для перевода сделал Григорович. Французский доктор требует дуэли По воспоминаниям Панаевой, в то лето французы буквально одолели их дачу на Финском заливе.

Не прошло и месяца со дня отъезда Дюма на Кавказ, как в тенистой парковой аллее вновь показались дрожки с двумя визитёрами. Одной из миссий его гения было ознакомить Европу с русским художественным творчеством и заинтересовать ее. С этой целью, например, он постоянно переводил или руководил переводами сочинений Толстого.

Цели своей он достиг как нельзя. Он был пионером; теперь почти все лучшие произведения русской литературы Пушкин, Гоголь, Лермонтов, Достоевский, Толстой переведены на иностранные языки, а что может быть важнее для развития взаимной симпатии между народами, как не знакомство с памятниками духа той или другой национальности?

Никто, заметим, не был лучше Тургенева приспособлен к этой высокой и трудной задаче.

ЯРСТАРОСТИ: Дюма и Некрасов – любовь без взаимности - ЯРНОВОСТИ

Он по самому существу своего дарования был не только русский, а и европейский, всемирный писатель, каким никогда не будет, например, Гоголь. Со всем своим громадным талантом Гоголь никогда не будет так родственен и близок, так понятен Европе, потому что его типы чисто русские, тогда как тургеневские — общечеловеческие, пожалуй, даже абстрактно-психологические.

Конечно, люди — везде люди, одни и те же страсти их волнуют, одни и те же радости и скорби их посещают. Но когда Гоголь рисовал свои образы, он их вырывал, так сказать, с корнем из русской жизни и так их и предъявлял читателю.